Афантазия: взаимосвязь сновидений и воображения

Введение в проблему афантазии

Афантазия изначально была описана учеными как специфический дефицит визуального воображения. Люди с этим состоянием не могут произвольно вызывать в сознании «картинки» или образы. Однако современные исследования показывают, что проблема гораздо шире: многие афантазики сообщают об отсутствии способности представлять не только визуальные, но и другие сенсорные модальности — звуки, вкусы, запахи, тактильные ощущения и даже проприоцепцию (ощущение положения тела в пространстве).

Важным аспектом является то, что паттерны такой неспособности уникальны для каждого индивида. Существуют люди, которые могут вообразить мелодию, но не могут представить вкус яблока, и наоборот. Это ставит перед исследователями вопрос: является ли афантазия глобальным нарушением системы моделирования сенсорного опыта или же это избирательный дефицит?

Афантазия и мир сновидений

Интереснейшим парадоксом является тот факт, что многие люди с афантазией, не способные «видеть» образы в состоянии бодрствования при волевом усилии, сообщают о ярких визуальных сновидениях. Это привело к гипотезе о том, что афантазия — это нарушение исключительно волевого (осознанного) представления, в то время как механизмы непроизвольного моделирования реальности во время сна остаются нетронутыми.

Данное исследование было направлено на проверку того, существует ли корреляция между тем, как человек представляет ощущения в бодрствовании, и тем, как эти ощущения проявляются в его снах.

Методология и результаты исследования

В ходе научной работы эксперты проанализировали мультисенсорные профили сновидений и сравнили их с отчетами о волевом воображении. Результаты оказались неожиданными и подчеркнули высокую степень гетерогенности (разнородности) среди афантазиков.

• Высокая корреляция: У значительной группы респондентов наблюдалось соответствие: если человек не мог представить звук в воображении, он крайне редко «слышал» звуки в сновидениях.
• Отсутствие связи: У другой группы испытуемых не было найдено никакой связи между этими состояниями.

«Наши данные бросают вызов теоретикам, которые пытаются найти единый нейробиологический механизм афантазии», — отмечают авторы. Полученные результаты заставляют предположить, что за разные типы ментального моделирования отвечают различные нейронные контуры.

Почему афантазия так индивидуальна?

На сегодняшний день ключевым вопросом остается наличие неврологических различий, которые объясняют, почему у одних людей «фильтр» воображения работает одинаково и в бодрствовании, и во сне, а у других — только в бодрствовании. Вероятно, дело в специфической архитектуре мозга, где пути, отвечающие за генерацию спонтанных образов (сновидения), и пути, отвечающие за когнитивный контроль (волевое воображение), могут функционировать независимо друг от друга.

Расшифровка аббревиатур:
ЭЭГ (Электроэнцефалография) — метод записи электрической активности мозга.
НФЛ (Нейрофиламентный легкий белок) — биомаркер повреждения нервных клеток.
ГФАП (Глиальный фибриллярный кислый белок) — биомаркер активации астроцитов (клеток глии), часто используемый при изучении нарушений сознания.

Заключение

Исследование доказывает, что афантазия — это не монолитное состояние. Это спектр, внутри которого каждый человек обладает своим уникальным «профилем сенсорной доступности». Для дальнейшего понимания природы человеческого сознания необходимо изучать не только то, чего люди с афантазией не могут, но и то, как их мозг компенсирует эти пробелы в различных состояниях сознания.

Эти выводы имеют огромное значение для нейропсихологии, так как они показывают, что наши внутренние миры — как в бодрствовании, так и во сне — строятся на фундаменте сложных, индивидуально настроенных биологических процессов, которые далеко не всегда подчиняются стандартным когнитивным моделям.