Подавление негативных мыслей: новый метод терапии тревоги и ПТСР

Сомнения в фундаментальных научных истинах

Столкновение с фактами, которые подвергают сомнению глубоко укоренившиеся убеждения, никогда не бывает простым процессом. Нам трудно отказаться от концепций, которые годами казались незыблемым фундаментом нашей картины мира. Вспомним, к примеру, коллективный вздох облегчения, пронесшийся по мировому сообществу физиков в сентябре, когда очередное масштабное исследование наглядно продемонстрировало: частицы антиматерии падают вниз при высвобождении. Это подтвердило, что на них действует точно такая же гравитационная сила, как и на обычную материю. Данное открытие поставило точку в многолетнем споре. Ведь противоположный результат означал бы необходимость полной переработки ключевых законов физики. Даже ученые, привыкшие к строгому объективизму, не застрахованы от тревоги, когда концепции, казавшиеся абсолютно верными, оказываются под угрозой опровержения.

Однако если в физике базовые законы мироздания на этот раз выстояли, то в психологических науках разворачивается настоящая научная революция. Долгое время считалось, что человеческая психика подчиняется строгому правилу: любые попытки загнать неприятные воспоминания в глубины подсознания обречены на провал и ведут к тяжелым эмоциональным расстройствам. Но свежие данные нейробиологии и психологии заставляют исследователей пересмотреть этот взгляд.

Феномен белого слона: почему нам запрещают подавлять мысли

Чтобы понять глубину происходящего сдвига парадигмы, проведите простой ментальный эксперимент. Попробуйте прямо сейчас не думать о белом слоне. Что происходит в вашем сознании? Сама эта инструкция — требование вытеснить конкретную мысль — неизбежно приводит к тому, что образ слона навязчиво всплывает в голове. В научной литературе этот феномен известен как эффект рикошета (или теория иронических процессов когнитивного контроля, сформулированная психологом Дэниэлом Вегнером).

Согласно данной теории, когда человек пытается целенаправленно заблокировать определенный образ или воспоминание, мозг задействует два параллельных процесса:

• Осознанный операциональный процесс: пытается найти любые другие мысли, чтобы отвлечься от запретной темы;
• Бессознательный мониторинговый процесс: автоматически сканирует разум на предмет появления «запретного» образа, чтобы вовремя его перехватить.

В результате мониторинговый процесс постоянно подпитывает активность заблокированного образа. На протяжении десятилетий этот эксперимент приводился в качестве главного доказательства того, что силовое подавление мыслей не просто бесполезно, но и вредно, так как приводит лишь к усилению навязчивостей.

Историческая догма: от психоанализа Фрейда до нейробиологии памяти

Представление о вреде вытеснения мыслей является одним из краеугольных камней современной психотерапии. Категорическое отрицание полезности подавления восходит к работам Зигмунда Фрейда, создателя психоанализа. Фрейд утверждал, что подавление (вытеснение) психотравмирующих событий в бессознательное выступает прямой причиной формирования психоневрозов, фобий и конверсионных расстройств. Целью психоаналитической терапии как раз и стало намерение «сделать бессознательное сознательным» — извлечь вытесненную травму на свет, прожить ее и тем самым лишить ее разрушительной силы.

Позже эти идеи получили подтверждение в рамках поведенческой психологии и концепции павловского обусловливания страха (классического научения, при котором нейтральный стимул связывается с аверсивным событием). В экспериментах на грызунах и в исследованиях на людях ученые показали: чтобы избавить субъект от страха, необходимо предъявить ему пугающий стимул в безопасной обстановке. Это приводит к так называемому угашению реакции или к реконсолидации памяти — процессу, при котором извлеченное из долговременной памяти воспоминание становится лабильным (подвижным) и может быть перезаписано в более нейтральном контексте.

На этих фундаментальных принципах базируются самые популярные и доказательные методы современной психотерапии:

• КПТ (Когнитивно-поведенческая терапия): направлена на детальное осознание, анализ и переосмысление негативных автоматических мыслей и глубинное изменение деструктивных убеждений;
• Экспозиционная терапия: методичное и погружающее столкновение пациента с объектом или воспоминанием, вызывающим страх, без возможности избежать контакта, что позволяет мозгу выработать привыкание (габитуацию);
• ДПДГ / EMDR (Десенсибилизация и переработка движением глаз): метод, сфокусированный на удержании фокуса внимания на травматическом событии с одновременной билатеральной стимуляцией.

Казалось бы, консенсус найден: избегать негативных мыслей нельзя, их нужно «прорабатывать». Однако новое научное исследование ставит этот незыблемый постулат под сомнение.

Революционное исследование ученых из Кембриджа

В авторитетном научном журнале Science Advances были опубликованы результаты работы исследователей из Кембриджского университета — Зулкайды Мамат (Zulkayda Mamat) и Майкла Андерсона (Michael C. Anderson). Их эксперимент наглядно показал: активное и правильное подавление негативных мыслей не только не вызывает «эффекта рикошета», но и способно значительно улучшить показатели ментального здоровья.

Методология и структура эксперимента

Исследование проводилось в период пандемии с использованием платформы онлайн-связи Zoom. В нем приняли участие 120 человек из различных стран мира, 93% из которых составляли женщины. Важно отметить, что участники не были предварительно отобраны по клиническим диагнозам, однако у многих из них фиксировались высокие показатели стресса, депрессивных состояний и симптомов ПТСР (посттравматического стрессового расстройства), вызванного в том числе пандемическими ограничениями и личными трагедиями.

Эксперимент строился по строгому алгоритму:

• Этап 1: Формирование списка мыслей. Каждый участник назвал 20 ключевых опасений и страхов относительно будущего, 20 нейтральных событий и 36 положительных надежд. Для каждого события было выбрано одно слово-подсказка (ключевое слово) и одна яркая деталь.
• Этап 2: Распределение по группам. 61 участник вошел в группу тренировки подавления негативных мыслей, а 59 человек — в контрольную группу, тренировавшую подавление нейтральных мыслей.
• Этап 3: Трехдневный тренинг подавления. В течение трех дней участники проходили интенсивные сессии. Им демонстрировали слова-подсказки. Если показывали слово, связанное с негативным событием, от них требовалось немедленно заблокировать любые мысли об этом событии, не отвлекаясь на другие идеи, а просто «закрывая дверь» перед этим воспоминанием в течение 4 секунд.
• Этап 4: Оценка результатов. Диагностика психологического состояния проводилась трижды: до начала эксперимента, сразу после завершения трехдневного тренинга и через три месяца.

Удивительные результаты: отсутствие рикошета и снижение тревожности

Результаты исследования оказались не просто четкими, но и шокирующими для большинства специалистов в области психиатрии и клинической психологии.

Во-первых, участники действительно успешно научились блокировать как нейтральные, так и негативные воспоминания. В противоположность популярному примеру с белым слоном, у испытуемых из группы подавления негативных воспоминаний не наблюдалось абсолютно никакого эффекта рикошета. Мысли не становились более навязчивыми; напротив, их эмоциональная интенсивность и частота спонтанного возникновения существенно снизились.

Во-вторых, и это самое главное, испытуемые, подавлявшие негативные мысли, продемонстрировали выраженное улучшение эмоционального состояния по сравнению с контрольной группой. У них наблюдались следующие изменения:

• Значительное снижение показателей шкалы тревоги;
• Существенное уменьшение проявлений депрессивных состояний;
• Снижение уровня психологического стресса и симптомов ПТСР;
• Устойчивость положительного эффекта, сохранившаяся спустя 3 месяца после окончания тренировок.

Даже те участники, у которых на старте эксперимента фиксировался высокий уровень посттравматического стрессового расстройства и генерализованной тревожности, отметили облегчение симптоматики и общее повышение качества жизни.

«Вопреки распространенным представлениям, фокусирование на позитивных мыслях не привело к аналогичному терапевтическому улучшению показателей психического здоровья участников, как целенаправленное подавление негативных страхов».

Подавление мыслей как новая форма терапевтического вмешательства

Зулкайда Мамат и Майкл Андерсон делают в своей работе смелый вывод. Они утверждают, что подавление негативных мыслей обладает высоким потенциалом для использования в клинической практике:

«Значительная и долговременная польза для психического здоровья, безопасность, высокая степень принятия пациентами, возможность спонтанного применения и доступность делают тренинг подавления перспективным и масштабируемым самостоятельным вмешательством или нейробиологически обоснованным дополнением к стандартным методам лечения, таким как экспозиционная или когнитивно-поведенческая терапия (КПТ)».

Авторы исследования предлагают обучать людей, страдающих от панических атак, ПТСР, фобий и депрессивных расстройств, технике сознательного блокирования деструктивных мысленных паттернов. Это прямо противоречит фундаментальному убеждению многих поколений психотерапевтов о том, что подавление неизбежно вредно и что любой негативный материал должен быть обязательно извлечен в сознание.

Нюансы, ограничения и мнение научного сообщества

Разумеется, прежде чем внедрять подобные техники в широкую клиническую практику, результаты кембриджского исследования должны быть неоднократно реплицированы (повторены независимыми группами ученых). Как отмечает сам Мамат в своих комментариях, подавление мыслей не является универсальной панацеей от всех видов психологических проблем.

Существуют важные разграничения:

1. Прошлые травмы против опасений о будущем

Есть мысли и события прошлого, которые требуют анализа, осмысления и проживания для принятия опыта. Однако существуют навязчивые мысли о будущем — гипотетические катастрофические сценарии, на которые человек не может повлиять прямо сейчас. Именно в отношении таких тревог о будущем подавление демонстрирует наибольшую эффективность.

2. Неприменимость к тяжелым патологиям без контроля специалиста

Участники данного исследования не имели официально поставленных клинических диагнозов (таких как тяжелая эндогенная депрессия или психотические расстройства), хотя и демонстрировали высокий уровень симптоматики по психологическим шкалам. Поэтому эффективность метода в условиях стационара еще подлежит глубокому изучению.

Вызовы для поведенческих наук

Перед нами яркий пример того, как одно научное исследование способно бросить вызов давней научной догме. В отличие от физиков, которые в сентябре вздохнули с облегчением, узнав, что антиматерия подчиняется гравитации и базовые законы физики сохраняют силу, исследователям в области психологии, нейробиологии и психиатрии придется столкнуться с необходимостью пересмотра привычных концепций.

Как же отреагирует профессиональное сообщество на этот вызов? Вызовет ли тревога перед разрушением привычной парадигмы попытку «подавить» значимость самого исследования Мамат и Андерсона? Или же ученые и практики с готовностью подхватят эти данные, проведут новые эксперименты и создадут более эффективные, быстрые и доступные инструменты помощи людям, страдающим депрессией, ПТСР и тревожными расстройствами?

Учитывая огромные масштабы проблем с ментальным здоровьем в современном мире, второй путь представляется не просто предпочтительным, но и жизненно необходимым.